
Всё, чего достигла в жизни труженица тыла из Усть-Абакана Раиса Васильевна Романова, – это благодаря её маме Дарье Степановне Бельковой. Так считает сама героиня моей зарисовки, единственная в семье дочь, а семья-то и состояла только из них двоих. Мать с ограниченными возможностями здоровья изо всех сил тянулась, чтобы поднять Раису на ноги. Дочь была ещё совсем несмышлёным подростком, когда началась Великая Отечественная война.
Сегодня Раиса Васильевна вспоминает:
– Самое страшное, что довелось испытать в войну, это голод. Голодовка была ужасная. Помню, мы с мамой продали радио и на эти деньги купили картофельные очистки. А ещё собирали остатки еды, которые на берег реки привозили и выбрасывали из госпиталя. У мамы было три сестры. Одна из них Пелагея с семьёй проживала в деревне Белоярск Идринского района. Она очень сильно пострадала от пожара. Сгорело всё. И её семья из десяти человек переехала к нам. Жили мы по улице Ленина. Мама работала на лесозаводе, а мы, дети, бегали в госпиталь мыть полы, помогали ухаживать за ранеными. Несмотря на все трудности, очень хотелось учиться, и этому тоже способствовала мама. Малограмотная, окончила ликбез, всего четыре класса, она красиво писала и охотно читала всех классиков, которых мы изучали в школе. Любила стихи Есенина:
Голубая кофта. Синие глаза.
Никакой я правды милой не сказал.
Милая спросила: «Крутит ли метель?
Затопить бы печку, постелить постель.»
Я ответил милой: «Нынче с высоты
Кто-то осыпает белые цветы.
Затопи ты печку, постели постель,
У меня на сердце без тебя метель».
Не знаю, как бы мы в войну выжили, если бы не дедушка Степан, мамин отец. Он жил в Чапаево. Много бед перенёс. Его сын Василий был репрессирован и постоянно присылал маме письма из Нальчика, которые, как сейчас помню, начинались так: «Здравствуйте, моя любимая, родная сестричка Дарья и племянница Рая…» Позднее из Москвы пришла бумага – дядю реабилитировали. Так вот, мужчин в войну не было, мама работала одна, и спасал от голода дед Степан. Он был пилоточем. Мы с ним часто добирались до Потрошилово, Комарково. Жителям деревень дедушка точил пилы, ножи. Идём в деревню, заходим в каждый дом и спрашиваем, надо ли наточить что-нибудь. За работу дедушке давали продукты, кто что мог. Хлеб и всё другое складывали в мешок, и я его таскала. И так до вечера. А вечером приносили этот мешок домой и кормили погорельцев – детей из Белоярска.
А потом, когда я подросла и было мне лет 13, дедушка купил мне красивые туфельки. Я пришла в кино. Туфельки сняла, а ноги подтянула к сиденью стула. Кино закончилось. Я встала и ушла – привыкла босиком ходить. Туфли мои нашлись после того, когда стали убирать стулья, чтобы приготовить зал под танцы.
Танцы в войну проходили под духовой оркестр. Оркестром руководил Василий Золотарёв. И мы с подружкой Валентиной Чумак, вопреки всякому голоду, с удовольствием бегали в клуб, который тогда находился в районе сегодняшнего магазина «Хороший».
Вся жизнь Раисы Васильевны связана с родным Усть-Абаканом. Вот уж поистине: где родилась, там и пригодилась!
Благодаря маме, которая неустанно, несмотря на ограниченные возможности здоровья, постоянно трудилась, и помощи дедушки, успешно окончила 7 классов Усть-Абаканской школы. Школа тогда, по воспоминаниям моей собеседницы, находилась в доме возле бывшей «старой» пожарки. Отсюда, от школьного порога – спасибо учителям, разделявшим с детьми все невзгоды военного лихолетья и давшим необходимые знания, началась другая самостоятельная взрослая жизнь.
Появилась возможность поступить в ремесленное училище. Раиса Васильевна рассказывает:
– После окончания школы я уехала в город Томск и поступила учиться в ремесленное училище. В училище телефонной связи получила специальность надсмотрщика городских телефонных станций, после двух лет обучения меня направили в Горно-Алтайск. Проработала я там восемь месяцев и обратилась в г.Москву с просьбой, чтобы меня направили в Усть-Абакан, так как мама была на инвалидности и жила одна.
Так Раиса, получив интересную, прямо скажем, романтическую профессию, будучи молодым специалистом, вернулась «в родные пенаты» и стала работать телефонисткой в пожарной части. Её энергичным действиям в умении справляться с коммутатором, в применении штепселей и в срочном ремонте оборудования можно было только поучиться.
– Ну а дальше всё, как в хорошей песне, – вспоминает послевоенные годы труженица тыла. – В старом клубе, который потом сгорел, работал киномехаником Пётр Иванович Швецов. Там, в клубе, мы с ним и познакомились, а потом поженились.
Семь счастливых лет пролетели как одно мгновение. Муж Раисы Васильевны умер рано. Сыновья выросли. Виктор художник, живёт в Красноярске, напоминая о себе мастерскими деревенскими пейзажами, что висят у кровати мамы. Сын Геннадий в Усть-Абакане работал сварщиком, но большую часть жизни посвятил Северу, сейчас на заслуженном отдыхе.
– Жизнь прожить – не поле перейти, – вздыхает моя собеседница…
Со вторым мужем Михаилом Павловичем Романовым Раиса Васильевна прожила 20 лет. От него у неё остались фамилия и трое детей. Сына Сергея, к сожалению, уже нет в живых, а Ольга и Елена работают в разных городах. С Михаилом Павловичем почти два десятка лет жили порознь, так распорядилась судьба… Профессию тоже пришлось сменить. В разных магазинах работала продавцом, в профилактории «Ёлочка» была помощником повара, последние три года перед уходом на заслуженный отдых трудилась на нейтрализации гидролизного цеха Хакасского гидролизного завода. Она ударник коммунистического труда 1982 года. За долголетний добросовестный труд от имени Президиума Верховного Совета СССР решением исполкома Хакасского областного Совета народных депутатов от 23 сентября 1982 года ей присвоено звание «Ветеран труда». Как труженица тыла награждена многими юбилейными медалями, включая «75 лет Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.»
И сегодня, на склоне лет, Раиса Васильевна счастлива своими детьми, которых когда-то помогла вырастить её мама Дарья Степановна, своими внуками и правнуками – её радостью и гордостью.
Екатерина Фисенко
Оставить сообщение: